МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

ВОЙСКОВАЯ ЧАСТЬ

 

 

 

 

 

 

 

 

МЕТОДИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ

по общественно-государственной подготовке.

 

«ВЕХИ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ»

 

( методическое пособие в помощь руководителям групп ОГП)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2010 г.

 

ВОПРОСЫ:

  1. На подступах к столице.
  2. Оборона Москвы.
  3. Контрнаступление Красной Армии.

 

В замысле и планах войны против Советского Союза важнейшей це­лью, центром притяжения главных сил германского вермахта являлась русская столица. «Москва, — подчер­кивал в своем докладе Гитлеру гене­рал X. Гудериан, — это не только го­лова 1 и сердце Советского Союза. Это также центр связи, политиче­ский центр, самая индустриальная область и узел коммуникаций всей страны…» Поэтому так яростно рвался враг к столице нашей Роди­ны. Но благодаря огромным усили­ям, стойкости и мужеству жите­лей столицы, массовому героизму ее защитников враг был сначала оста­новлен на ее подступах, обескров­лен, а затем далеко отброшен от стен Москвы.

 

1

 

Весь замысел войны против СССР у гитлеровцев был привязан к Москве, поэтому центр тяжести усилий группировки германских войск был расположен на москов­ском направлении, в полосе на­ступления группы армий «Центр». В этом оперативно-стратегическом объединении вермахта находилось 36,4 % солдат и офицеров, 46,5 % орудий и минометов, 53,5 % тан­ков и 48,3 % боевых самолетов от общего количества сил и средств противника, развернутых на советско-германском фронте к моменту вторжения в нашу страну. Концен­трация таких сил на главном на­правлении и упреждение в сосре­доточении и развертывании совет­ских войск обеспечили немцам благоприятные условия для нане­сения максимально мощного пер­вого удара и быстрого развития до­стигнутого успеха в глубину терри­тории нашей страны. Танковые соединения группы армий «Центр» к 25 июня продвинулись на 225 км, а к 1 июля — до 400 — 450 км. В то же время глубина продвижения войск соседних групп армий про­тивника («Север» и «Юг») состави­ла 140 — 220 км.

Советскому Главному Командо­ванию уже на четвертый день вой­ны стало ясно, что разработанный план прикрытия государственной границы не отвечает реально скла­дывавшейся обстановке. Войска западных приграничных военных округов, преобразованных во фронты, оказались не в состоянии ликвидировать вторгшегося про­тивника или остановить его на промежуточных рубежах. На фоне общих неудач на фронте особенно зловещими выглядели события на Западном направлении, где всего за неделю немцы преодолели свы­ше трети пути от границы до Москвы. При сохранении подоб­ных темпов наступления (50 – 60 км в сутки) они могли бы подойти к столице за пару недель.

Чтобы не допустить прорыва германских войск к Москве, со­ветское командование было вы­нуждено коренным образом пере­строить планы ведения военных действий. С этой целью Ставка Главнокомандования (ГК) 25 ию­ня приняла решение о развертыва­нии второго стратегического эше­лона в составе 19, 20, 21 и 22-й ре­зервных армий на рубеже р.Запад­ная Двина, Днепр до Кременчуга. Но при такой ширине рубежа сте­пень насыщения Западного на­правления войсками и военной техникой оказалась явно недоста­точной. И потому уже 27 июня Ставка ГК не только сократила ширину этого рубежа на 450 км, но и усилила Западное направление тремя новыми резервными армия­ми (16, 24 и 28-й), обратив особое внимание на организацию оборо­ны направлений вдоль Минской автострады и Варшавского шоссе, которые кратчайшим путем выво­дили к Москве. Эти решения Ставки ГК по существу явились первыми мероприятиями по срыву замыслов врага прорваться к Москве и с ходу овладеть ею.

Между тем танковые группиров­ки врага к 16 июля прорвали обо­рону в центре Западного фронта, захватили Оршу, Духовщину, ворвались в Смоленск и Ярцево, по­дошли к Ельне. В результате глуби­на обороны советских войск, при­крывавших Москву, сократилась до 70 — 80 км, а опасность прорыва противника к столице возросла. В этой связи Государственный Ко­митет Обороны (ГКО) распорядил­ся в пятидневный срок сформиро­вать фронт Можайской линии обо­роны во главе с командующим Московским военным округом ге­нерал-лейтенантом П.А. Артемье­вым. Конкретизируя это постанов­ление ГКО, Ставка своим прика­зом от 18 июля включила в состав нового фронта 32, 33 и 34-ю армии и поставила им задачу: к 21 июля занять и подготовить к упорной обороне рубеж Кушелево, Яропо-лец, Колочь, Ильинское, Детчино. Он располагался примерно в 100 км восточнее Рже веко-Вяземского оборонительного рубежа, а цель развертываемых на нем войск, как указывал И. Сталин в постановле­нии ГКО, — «защита Москвы на линии Можайска».

Был принят и ряд других неот­ложных мер. Все они направля­лись на то, чтобы сделать самое необходимое для безопасности столицы: восстановить прорван­ный фронт, создать новую линию обороны и задержать гитлеров­скую лавину. С этой целью Ставка ВК к концу второй декады июля развернула на московском направ­лении 121-ю новую дивизию, за­нявшую оборону на глубину до 230 км.

Ввод в кратчайшие сроки такого большого числа резервов Красной Армии явился для немцев прене-приятнейшим сюрпризом. В гер­манском стане никто не мог тако­го ожидать. И хотя эти дивизии были слабо оснащены, не облада­ли боевым опытом, их развертыва­ние имело неоценимое значение для всего хода борьбы за Москву. На Днепре, у смоленских высот и на многих других участках Запад­ного направления закипели крово­пролитные, необычайные по на­пряжению бои, в которых совет­ские войска настолько потрясли наиболее мощную группировку противника, что заставили герман­ское командование впервые во Второй мировой войне заняться пересмотром оперативных планов. Гитлер был вынужден 30 июля от­дать распоряжение о прекращении наступления на Москву до ликвидации угрозы флангам централь­ной группы армий.

Почти одновременно Ставка ВК реорганизовала структуру обороны московского направления. С этой целью войска Западного фронта и части главкома Западного направ­ления были объединены в единый Западный фронт и создан новый, Резервный фронт. В состав по­следнего передавались армии лик­видированных фронтов Можай­ской линии обороны и резервных армий, а также вновь сформиро­ванная 43-я армия. Командующим Резервным фронтом был назначен генерал армии Г.К. Жуков с осво­бождением его от обязанностей начальника Генерального штаба и сохранением должности замести­теля наркома обороны.

25 августа Жуков получил дирек­тиву Ставки ВГК с задачей: лево­фланговыми армиями Резервного фронта (24-й и 43-й) 30 августа пе­рейти в наступление, покончить с ельнинской группировкой против­ника и овладеть Ельней, а осталь­ным армиям (31, 49, 32 и 33-й) развивать занимаемую оборону на Ржевско-Вяземском оборонитель­ном рубеже.

Первая самостоятельная опера­ция Жукова, проведенная им в войне с фашистской Германией, оказалась вполне успешной. Целе­направленно и всесторонне подго­товив войска к наступлению, их усилиями и своей железной волей он заставил немцев отступить с ельнинского выступа, откуда пла­нировался рывок на Москву. 9 сентября Совинформбюро сооб­щило о взятии Ельни, что вызвало огромный душевный подъем у всех советских людей.

Ельнинская наступательная опе­рация подвела черту под Смолен­ским сражением. 10 сентября Ставка ВГК приказала войскам За­падного фронта прекратить даль­нейшие атаки противника, перей­ти к обороне, прочно закопаться в землю…

Падение русской столицы, по замыслу гитлеровцев, означало бы победоносное завершение восточ­ной кампании и достижение ко­нечных целей войны против Со­ветского Союза. Поэтому предсто­явшему наступлению на Москву они придавали характер генераль­ного сражения. В этой связи за счет резервов и войск с других участков фронта германское командование к концу сентября до­вело состав группы армий «Центр» до 1 800 тыс. человек, 14 тыс. ору­дий и минометов, 1,7 тыс. танков и 1390 самолетов, что обеспечило им общее превосходство над вой­сками трех советских фронтов (За­падного, Резервного и Брянского) в 1,4 — 2,5 раза. Никогда ранее немцы не использовали столь ог­ромных сил в составе одной груп­пы армий и не развертывали на одном стратегическом направле­нии три танковые группы из четы­рех. Только на Москву противник бросил танковых и моторизован­ных дивизий больше, чем в мае 1940 г. против Франции, Бельгии и Нидерландов, вместе взятых.

Уместно отметить, что за 50 дней Курской битвы в ее сражениях с обеих сторон было задействовано свыше 4 млн. человек. В Берлин­ской операции, занесенной в кни­гу рекордов Гиннесса как -самое кровопролитное сражение совре­менности, с обеих сторон участво­вало 3,5 млн. человек. Москов­скую же битву начали обе сторо­ны, имея 3 млн. 50 тыс. человек. А всего через ее горнило прошло 7 млн. 35 тыс. человек, без учета численности 48 полков внутренних и пограничных войск, ПВО и ВВС Москвы, охранявших и обороняв­ших войсковой и фронтовой тыл, город и небо столицы. В этой свя­зи можно утверждать, что в Вели­кой Отечественной войне не было другой такой битвы или операции, которая по количеству участвовав­ших в ней людей отодвинула бы битву за Москву на второй план. Каково же ее содержание?

Битва под Москвой включает два периода: оборонительный (30 сентября — 4 декабря 1941 г.) и на­ступательный (5 декабря 1941 г. -20 апреля 1942 г.). В первом из них Красная Армия провела Вяземско-Брянскую (30 сентября — 31 октяб­ря) и Московскую оборонитель­ные операции (15 ноября — 4 дека­бря). Во втором — Московскую на­ступательную (контрнаступление под Москвой: 5 декабря 1941 г. — 7 января 1942 г.) и Ржевско-Вязем-скую наступательную (8 января -20 апреля 1942 г.) операции.

 

2

 

В ночь на 2 октября 1941 г. сол­датам восточного фронта было за­читано обращение Гитлера в связи с «началом последней великой ре­шающей битвы этого года…». » В ходе ее, — вещал фюрер, — будет на­несен последний жестокий удар, который еще до начала зимы дол­жен разгромить противника, нане­сти ему смертельный удар». А на рассвете главные силы группы ар­мий «Центр», заняв исходное по­ложение, устремились на восток и расширили полосу наступления танковых дивизий Гудериана, ко­торые начали операцию «Тайфун» двумя днями ранее. Противник прорвал оборону советских войск на трех участках, удаленных друг от друга на 150 — 200 км, и начал быстрый выход в тыл Западного, Резервного и Брянского фронтов. 7 октября немцы замкнули кольцо вокруг войск, сражавшихся запад­нее Вязьмы.

Ситуация для Москвы стала в высшей степени угрожающей. Стратегический фронт на Запад­ном направлении был прорван. Образовавшаяся в обороне брешь достигла ширины 500 км. Закрыть ее оказалось нечем. Резервов в районе Москвы Ставка не имела. Все они были использованы для восстановления обороны на Юго-Западном стратегическом направ­лении после катастрофы под Кие­вом. В те дни почти все пути на Москву открылись. Стала реаль­ной угроза внезапного появления в столице бронетанковых войск про­тивника, ибо слабое прикрытие на Можайской линии обороны задер­жать их не могло.

Причин столь неудачных дейст­вий советских войск в начале Вя-земско-Брянской операции нема­ло. В обобщенном виде они могут быть представлены двумя основ­ными группами. К первой следует отнести причины объективного характера: превосходство против­ника в силах, средствах, манев­ренности, опытности, господство его авиации и владение стратеги­ческой инициативой. Каждый из этих факторов давал врагу круп­ные преимущества. Но, по мне­нию маршала Г.К. Жукова, и «имевшимися войсками можно было предотвратить столь неудач­ный для нас исход начального этапа битвы». Помешали этому промахи и ошибки, допущенные советским командованием в орга­низации и ведении обороны. Так Ставке ВГК не удалось вскрыть замысел врага и противопоставить удару его сконцентрированных сил массирование войск фронтов. В результате этого просчета сло­жилась следующая ситуация: в полосе обороны Западного фрон­та при общем соотношении сил сторон по танкам, равном 1:1,2 в пользу немцев, в районе сосредо­точения его основных усилий (вдоль Минской автострады в на­правлении Смоленск, Вязьма) против 344 советских танков у немцев не было ни одного. А вот на участке прорыва 9-й полевой армии противника, который рас­полагался в 50 — 80 км к северу, против 591 танка 3-й танковой группы немцев оказалось всего 19 танков фронта, и соотношение по ним составило 31,1:1,0 в пользу врага. Учитывая, что противник имел здесь 6-кратное превосход­ство по орудиям и минометам и мощнейшую поддержку авиации, господствовавшей в воздухе, мож­но представить, какой силы удар пришлось выдержать соединени­ям и частям 19-й и 30-й армий, по стыку которых он пришелся.

Столь же мощные удары против­ник нанес и по войскам Резервно­го и Брянского фронтов. В резуль­тате две трети дивизий фронтов Западного направления оказались в окружении, но они продолжали героически сражаться с врагом. Для их уничтожения германское командование бросило 28 дивизий под Вязьму и 20 дивизий в район Брянска. Таким образом, в тече­ние почти трех недель (до 23 октя­бря) оно было вынуждено задейст­вовать здесь до 48 дивизий (64 % состава войск группы армий «Центр»). В этой связи Г.К. Жуков отмечал: «Благодаря упорству и стойкости, которые проявили на­ши войска, дравшиеся в окруже­нии в районе Вязьмы, мы выигра­ли время для организации оборо­ны на Можайской линии. Кровь и жертвы, понесенные воинами ок­руженной группировки, не оказа­лись напрасными… они внесли ве­ликий вклад в общее дело защиты Москвы».

За это время Ставка ВГК сумела не только подтянуть резервы, про­извести перегруппировку войск и вместе с остатками 32 дивизий, вырвавшимися из окружения, за­крыть брешь в обороне, но и вос­становить Западный фронт. Для его руководства которым был ото­зван из Ленинграда Г.К. Жуков.

Одновременно был сформирован новый, Калининский фронт, ко­мандующим которым назначен ге­нерал-полковник И.С. Конев. Рас­поряжениями Государственного Комитета Обороны в те дни был осуществлен ряд мероприятий: проведена эвакуация промышлен­ных предприятий, правительствен­ных учреждений, Генерального штаба, дипломатического корпуса и населения столицы; в Москве введено осадное положение; 1119 важнейших объектов города подго­товлены к уничтожению. Одновре­менно в столице были сформиро­ваны 4 новые дивизии народного ополчения, а 440 тыс. москвичей и жителей области возводили оборо­нительные рубежи вокруг Москвы и в самом городе. Героическими усилиями командования, жителей и воинов гарнизона Москва в не­мыслимо короткие сроки была превращена в настоящую кре­пость.

К концу октября на рубеже 70 -ПО км западнее Москвы совет­ские войска остановили наступле­ние противника. На Можайской линии обороны вражеский «Тай­фун» захлебнулся, не достигнув своей цели. Для тщательной под­готовки генерального наступле­ния непосредственно на Москву противнику потребовалась более чем двухнедельная пауза. В пер­вую очередь для перегруппировки танковых и моторизованных войск с целью создания ударных групп на флангах советского За­падного фронта, что предусматри­вала новая наступательная опера­ция группы армий «Центр». Ее проведение Гитлер поручил лично генерал-фельдмаршалу фон Боку. Замысел операции сводился к то­му, чтобы двумя подвижными группировками нанести удар по флангам Западного фронта и, обойдя столицу с севера и юга, за­мкнуть кольцо окружения восточ-нее ее, в районе Орехова-Зуева, Коломны. Охватить Москву с се­вера должны были соединения смежных флангов 4-й и 9-й ар­мий, а с юга — 2-я танковая армия.

С 15 ноября немецкие войска начали второе наступление на Москву. За 20 дней они продвину­лись на 80 — 110 км, но к 5 декаб­ря их движение вперед прекрати­лось. Советские войска сумели ос­тановить мощную вражескую группировку буквально у стен столицы. В тот момент всего лишь 12 км отделяли врага от нынешней границы города в районе Лианозо-ва и от того «победного финала», которого с таким нетерпением ждали нацисты.

 

3

 

Идея контрнаступления возник­ла в Ставке ВГК сразу же после срыва вражеской операции «Тай­фун». Для претворения ее в жизнь 1 ноября было принято решение о формировании в тылу страны 10 резервных армий и других частей родов войск со сроком ввода в строй к 1 декабря. ‘Однако возоб­новившееся 15 ноября наступле­ние противника на Москву заста­вило на время отказаться от этой идеи. Для отражения ударов тан­ковых группировок неприятеля потребовалось привлечение резер­вов. И тем не менее вечером 29 ноября Ставка ВГК по предложе­нию генерала Г. К. Жукова прини­мает решение наступать на обла­давшего численным перевесом противника, не ожидая подхода резервов. А 5 декабря, в обстанов­ке, когда на подступах к Москве полыхали ожесточенные сраже­ния, неуклонно приближаясь к ее воротам, когда с крыш домов под­московных деревень Катюшки, Пучки, Красная Поляна немецкие солдаты пытались разглядеть в би­нокли жизнь на улицах русской столицы, произошло совершенно неожиданное, непредвиденное и невероятное: Красная Армия пере­шла в контрнаступление. Несмот­ря на упорное сопротивление вра­га, сильные морозы и глубокий снег, оно успешно развивалось.

Северо-западнее Москвы армии Калининского и Западного фрон­тов нанесли значительный урон 3-й и 4-й танковым группам и 9-й армии противника. Были осво­бождены Калинин, Клин, Солнеч­ногорск, Волоколамск и другие города. Выход советских войск к Ржеву создал угрозу группе армий «Центр» с севера. Юго-западнее Москвы армии левого крыла За­падного фронта нанесли пораже­

 

(1 оценок, среднее: 5,00 из 5)